На смерть «Иста» на улице Казакова
(воспоминания Карины)

Так получается, но, для меня любое место – это в первую очередь люди, поэтому не обессудьте, но в нижеизложенном речь пойдёт именно о людях, без которых лично для меня невозможно было бы существование «Иста».

Глава первая.
«Как я попала…»  или  «Приход».

Ни чем не примечательный жаркий летний московский вечер субботы. Мы с моей подругой отправились пить чай в так полюбившийся нам Клуб Чайной Культуры, что в саду «Эрмитаж». Но девушка на входе с сожалением сообщила, что мест в Клубе нет.
-Так хочется чая!!! Что же нам делать?- спросили мы её.
Как вариант она предложила нам отправиться  в клуб «Ист».
«Мы единое целое, «Эрмитаж» и «Ист», вам там понравится» - улыбаясь, сказала девушка и снабдила нас нарисованной тут же схемой прохода до клуба от метро Курская.

- Здравствуйте, Вы к нам? - поприветствовал нас юноша на входе «Иста», - но к сожалению мы сегодня закрыты, у одной нашей сотрудницы день рождения (Татьяна Спасоломская - прим. ред.) и в Небесной лодке по этому случаю праздник.
- Но, как же так? – мы стояли совершенно растерянные и расстроенные, -  нас отправили к вам из «Эрмитажа».
- А, это вы, тогда проходите, нас предупредили, что к нам едут две очаровательные девушки, но мы можем посадить вас только в аллею…
У меня сразу же возникла следующая ассоциация. Мы сидим между ровными рядами лип, на какой-нибудь лавочке и нам заваривают чай…
- На аллее?- не скрывая удивления, спросила я.
- Ну, да, на аллее ароматов.
Тогда моё воображение нарисовало следующую картину. Вдоль коридора, по его бокам стоят разные флакончики с всяческими ароматами, можно подходить, открывать крышечки и наслаждаться благоуханиями.
- А может, мы всё-таки в другой раз зайдём? – тихо спросила я.
- Нет – нет, проходите вам будет хорошо, - любезно сказал нам наш провожатый и после снятия обуви в гардеробе отвёл нас на отведённую нам поляну.  – Располагайтесь удобнее, к вам сейчас подойдёт Мастер и поможет в выборе чая.

И Мастер подошёл.
- Здравствуйте, вы к нам впервые? – расслабленно сев напротив спросил он.
- Да, впервые, но в «Эрмитаж» часто ходим, жасминовый чай очень любим.
Вот и сейчас тоже хотелось бы жасминового чая попить, - ответила я, чуть запинаясь.
- Хорошо, сейчас принесу.
- Но мы же не сказали какой!  - моему удивлению не было предела.
- А я знаю,  какой вам нужен! – ничуть не смущаясь, сказал чайный мастер и исчез.

- Ты видела???  - одновременно с изумлённым и восторженным взглядом обратилась я к подруге.
- Что видела??? – не понимая, о чём я, подруга посмотрела на меня, как на не совсем вменяемого человека.
- Его глаза!!! Глаза тантрика!!! Он тантрик, я тебе точно говорю, настоящий тантрик!
- А как ты определила?
- Ну, рыбак рыбака видит из далека, - немного небрежно и с высока ответила я подруге.
- И что это значит?
- Это значит, что он бабник! А ещё потоки энергии внутри себя чувствует.

Но нашу беседу прервало появление мастера со всеми чайными принадлежностями для заваривания.
Так же как и в первый раз он расслабленно сел напротив, заварил чай и пожелав приятного чаепития ушёл на  клубный праздник.
Через чашечек пять мне стало очень хорошо. Мне очень понравилась и аллея, в которую нас посадили и всё пространство клуба. Да и не могло не понравится это старинное здание, хранящее свои тайны, свои истории былых времён.

- Здесь хорошо, - сквозь молчание сказала я своей спутнице. Только вот я о людях думаю, что в чайных клубах работают. Они все такие интересные, необычные, глубокие. Словно бы чайные люди – это совершенно отдельная раса людей. Они, наверное, все занимаются какими-нибудь духовными практиками, все такие мудрые, чистые, возвышенные. Взять, хотя бы того мастера, что нам сейчас чай заваривал. Видно, что у него внутри целый огромный таинственный мир. Каким же надо быть человеком, чтобы ему стало интересно с ним общаться?
- Хочешь, пообщаться с ним поближе? – абсолютно не скрывая, конкретного подтекста спросила меня подруга.
- Хотела бы, только у него и так женщин много, это видно, да и надо быть таким же интересным, как он, чтобы быть ему интересной.

Мимо прошла нас сотрудница клуба и мы попросили её выключить свет в пространстве.
- Что вы, что вы!!!- испуганно на нашу просьбу отреагировала она.  Вася, не разрешает выключать свет.
- А кто такой Вася?
- Ну, Василий Савинков, он вам чай заваривал, он сегодня старший в смене, увидит, что свет выключили, будет ругаться!
- Ой, а вы всё равно выключите, пожалуйста. А если Вася  будет ругаться, вы его к нам отправьте и мы его уговорим.
Через некоторое время в темноте голос Василия возник следующим вопросом : «Кто погасил свет?»
- Это мы, мы попросили погасить.  Можно его не зажигать? По-о-ожалуйста, - в один голос сказали мы с подругой.
- Ладно, - немного недовольно и снисходительно ответил нам  наш мастер и через несколько шагов исчез в тёмных пространствах клуба. Исчез для меня на полгода, а может быть и больше.

Глава вторая.
«Дэн»

В один из холодных будничных осенних вечеров, мне захотелось показать своей лучшей подруге клуб «Ист». Мы заходим в пространства Клуба, вернее сказать не заходим, а вбегаем. Убегаем от сильного дождя, начавшегося так внезапно и так стремительно.
Я счастлива и сияю, как 220 вольтовая лампочка, не почему-то, а просто так, просто потому, что живу, дышу.
Молодой человек, встретивший нас на входе заметив это, спросил: «Чему вы так рады? Почему улыбаетесь?»
- А потому что  дождь идёт, - ответила я сквозь свою радость и улыбку.
Он проводил нас в Небесную лодку, на второй этаж и мы стали выбирать чай. Выбирать долго  не пришлось, увидев название -  «монастырский чай», я  не раздумывая,  заказала именно его. Юноша, что нас провожал, немного удивился выбору, но ничего не сказав ушёл.
Вернулся он надо заметить не скоро, но со всеми чайными принадлежностями и загадочным чаем.
- А почему вы выбрали его? – спросил он.
- Я в монастырь собираюсь, вот и хочу попробовать монастырского чая, - абсолютно серьёзно ответила ему я.
Сделав первую заварку, он ушёл.

Дальше заваривать стала я. У меня ничего не получилось. Нет, получилось, конечно, что-то крайне горькое и уж никак невозможное для употребления.
- Как это можно пить? – стала возмущаться моя подруга.
- Ну, а что ты хотела? В монастыре чай и должен быть таким! Давай воспитывать в себе аскетизм – полусерьёзно, полушутя ответила я своей подруге.
После пятой невкусной заварки, мы всё-таки решили позвать нашего заваривающего.
- Так бывает, - начал свой рассказ он, - носик чайника забился, плохо сливает. Вообще этот чайник очень капризный и только меня слушает. А дальше молодой человек очень долго и без остановки стал рассказывать о клубе, о своих увлечения и занятиях боевыми искусствами.
- Ну, а вы что мне расскажите? – этим вопросом закончил он свой монолог.
В растерянности мы с подругой переглянулись.
- А может, познакомимся? – нерешительно спросила я.
- Меня зовут Денис, - сказал Денис.
- Очень приятно. Карина и  Олеся.
- Ну, а вы что мне расскажите? – снова повторил свой вопрос Дэн.
- Ну, а мы ничего, - смущаясь, ответила я.
- Хорошо, приходите ещё. В следующий раз мы с вами красный чай будем пить. Придёте?
- Придём, конечно, придём, - заверила его я.

И мы пришли, правда пришли. И не один раз.

Глава третья.
«Василий Савинков» или «Как я стала ВЧД»

Полюбившейся клуб «Ист», второй этаж Небесной лодки.
Мы сидим с моей подругой Олесей и ждём, когда к нам кто-нибудь придёт заваривать чай. Ждём, ждём, а никто не приходит. Внизу намечается какой-то концерт живой музыки и все заняты подготовкой.
Вдруг к нам поднимается Вася  Савинков.
- Чай выбрали? – спрашивает он.
- Да, Моли Бай Юй Ту.
- Отлично, - говорит Вася, после чаепития станете белыми и пушистыми.
- Это вряд ли, - скептически отвечаю я.
Он удаляется за чаем.
- За что он меня ненавидит? – скорее вопрос адресован самой себе, нежели моей подруге.
- Ненавидит? Почему? – спрашивает она меня.
- Ну, не ненавидит, конечно, просто относится очень пренебрежительно.
- Почему?
- Просто потому что я такая, какая я есть. Не нравлюсь ему и всё. Или из-за Дэна…

Вася возвращается. Садится заваривать чай. В молчании. Засыпает чай в чайник, заливает кипятком и настаивает его.
К этому моменту времени я считаю себя почти чайным профессионалом. Много прочитала, много чаёв перепробовала. И я знаю, что если настаивать жасминовый чай, он получится просто горьким. А Вася сидит и настаивает и, кажется, не собирается сливать. Внутри себя я начинаю посмеиваться над «великим чайным мастером», каковым его многие называет.
«Тоже мне мастер…» - думаю я, - «…не умеет жасминовый чай заваривать, его же невозможно будет пить».
Вася медленно берёт чайник, сливает настоявшийся чай в чахай и я понимаю вдруг очень чётко и ясно, что чай будет великолепным и что я о чае не знаю абсолютно ничего, а Вася, может, конечно, и не мастер, вот только умеет чувствовать чай и умеет создавать волшебство.
- Приятного чаепития, - желает уходя Вася, и оставляет нас действительно с великолепным и вкусным чаем.

- Я завтра в «Эрмитаж» пойду, - через какое-то время говорю я подруге.
- Это уже чайная наркомания, - сообщает она мне мой диагноз. Ты теперь будешь каждый день в чайные клуба ходить?
- Нет, только в один, на работу. Завтра я пойду устраиваться на работу в Клуб Чайной Культуры.
- Зачем? – ошеломлённо спрашивает меня Олеся.
- Для того чтобы, быть, как Вася или лучше его.
- Знаешь, - через некоторое время обращаюсь я опять к подруге, - пройдёт несколько лет, и мы с Васей будем пить чай, но не здесь, не в «Исте»…
- А где?
- Неважно где … а я буду ВЧД.
- Кем?- жалостливо смотрит на меня подруга.
- Лучшей  ВЧД  Клуба Чайной Культуры.

Глава четвёртая.
«Графиня Разумовская и её крыльцо»

Ясный весенний солнечный день. Я направляюсь в «Ист» попить чай с Дэном. Он встречает меня на пороге и говорит: « Время открытия чаепития на улице, пойдём пить чай на крыльцо». И мы идём пить чай на крыльцо.
Я принесла с собой «эрмитажевский» Лао Ча Ван и мы садимся под взглядом ласковых тёплых солнечных лучей его пить. Чай меня поражает своим ароматом старых вещей, хранящихся на чердаке и ароматом пыли, и этот аромат отнюдь не неприятен, скорее наоборот, заставляет погрузиться внутрь себя, найти где-то в глубине души свой уютной чердачок и сидеть там, наблюдая за миром сквозь маленькое кругленькое окошко. Поражает сила чая, накопленная в нём за годы хранения.
Я замечаю, что периодически мимо крыльца ходят сотрудники «Иста». Понятно, - думаю я, сплетничать буду. Хотя в чайном мире, слово «сплетня» не в чести, оно заменено на красивое – «рассказывание мифологем», что, конечно, сути процесса перемывания всем косточек не меняет.
- Я скоро вернусь, - говорит Дэн, и уходит.

Я остаюсь наедине с чаем. Весна. Первые зелёные листочки только начинают просыпаться, а из земли появляются первые жёлтые цветы. Я оборачиваюсь к крыльцу и вдруг вместо старых разрушенных ступеней вижу парадную красивую лестницу с ковровой дорожкой. Из абсолютно целых и белоснежных дверей появляется женщина  в длинном пышном платье, с лёгким полупрозрачным зонтиком в руках. Рядом с ней идёт её сопровождающий кавалер в элегантном фраке.
- Графиня, - говорит он ей, ничто не вечно, всё быстротечно и никто не знает, что будет ну хотя бы с данным крыльцом лет через 100.
- Милый мой, но что вы такое говорите,  - обращается к нему графиня,  - через 100 лет мои внуки будут ходить по этому крыльцу, следить за домом, по вечерам, как и сейчас будут устраиваться приёмы, балы. Всё известно, всё понятно, ничего не измениться.
- Но, - пытается возразить мужчина…
Они с графиней  проходят передо мной и словно бы растворяются в воздухе.
Я оборачиваюсь вновь и вижу лишь зияющие дыры вместо бывших окон, заколоченные напрочь некогда парадные двери, и  улыбаюсь,  пытаясь представить себе реакцию графини Петровско-Разумовской, если бы она увидела в пространствах своего дома чайный клуб.
- Да, говорю я вслух, - о, прекрасная графиня, ты и представить себе не могла, что на твоём крыльце, когда-нибудь какие-то странные люди будут пить какой-то странный чай.
- Ты разговариваешь сама с собой? – спрашивает вдруг возникший Дэн.
- Нет. Я разговариваю с  прошлым. С прошлым, которое не оставляет нам никакого шанса на вечность.

Глава пятая.
«Бронислав»

Магазин. Я стою в очереди, чтобы оплатить чай. Внутри прекрасное спокойное состояние после чаепития. Не сходящая с лица глупая беспричинная улыбка. Вдруг сердце пронзает сильная неимоверная боль, внутри становится тяжело и беспокойно. «Что же это со мной?» - мысленно спрашиваю себя. Позади себя слышу китайскую речь. Оборачиваюсь, какой-то странный мужчина говорит по телефону.  Он несколько секунд смотрит мне в глаза и уходит.
- Кто это? – спрашиваю я продавца магазина.
- Бронислав Виногородский.
- Так вот он какой, - не задумываясь о реакции на меня продавца, говорю я.

Много я потом о Брониславе всякого слышала, только все рассказы о нём – сплошная неправда. Я читала его книги, я читала его стихи. И никак, написанное им не увязывается с тем, что о нём рассказывают. Мне всё равно кто он, что он. У меня есть свой образ этого человека. И свое виденье, того, какой он вклад внёс в развитие чайной культуры в Москве. Может быть, и моё представление не имеет к реальности никакого отношения. Неважно.  Просто писать на «Смерть «Иста» и совсем не упомянуть о Брониславе было бы неправильно.

Глава шестая.
«Хризолит» или «Моя первая и единственная чайная церемония».

Воскресный зимний  вечер не предвещал ничего хорошего. К бабушке должны были приехать гости, и это означало лишь одно, уединения, так необходимого мне именно в этот день не видать. Я звоню в клуб «Ист».
- Здравствуйте, я хочу заказать чайную церемонию сегодня на 18.00, - сообщаю я, ответившей мне девушке.
- Вам её проведёт Хризолит.
- Я очень рада, - говорю я. И я действительно очень рада этому факту.
Ровно в 18.00 я оказываюсь в «Исте».
- Вы к нам чай попить? – любезно спрашивают меня на входе.
- Да, я заказывала церемонию.
- Церемонию??? – удивляется девушка. А никого нет, кто мог бы провести церемонию.
- Мне обещали Хризолита, - говорю я.
- Сейчас я ему позвоню.
- Он будет через 40 минут, после разговора с Сергеем, сообщается мне. Извиняющимся тоном девушка спрашивает: «Вы подождёте его в церемониальной?»
- Да, конечно, - отвечаю я.

Всё складывается как нельзя лучше. Мне было необходимо уединение, и я его получила. После часа проведённого в «Нефритовой Печати» я чувствовала себя полностью отдохнувшей и способной вернуться к себе домой, даже к дому, полному гостей. Но в дверях, наконец-то появился Хризолит.
Он, конечно же, извинился,  и мы стали выбирать чай. В итоге остановились на Дун Дине.
- Вы, ведь работает в «Эрмитаже»? -  спросил меня Сергей.
- Да.
Мне хотелось сказать Хризолиту, что я пришла только потому, что этим вечером мне некуда было деться, и что я не в коем случае не проверять его пришла, а просто чай попить, но так ничего и не сказала.
Не знаю, как бы чувствовала себя я, если бы ко мне на церемонию пришёл  какой-нибудь ВЧД «Иста». Наверное, очень напряженно, скованно. Но, во всяком случае, от нашего чаепития с Сергеем у меня остались лишь очень приятные светлые воспоминания. Это была моя первая официальная церемония, заказанная в чайном клубе. Первая и последняя. Спасибо Хризолиту.

Глава седьмая.
«Флейта»

Я стала ходить заниматься флейтой в «Ист» к Сергею Емельянову. Очень часто на его занятиях я оказываюсь в одиночестве и тогда мы с Сергеем разговариваем о музыке. Он мне рассказывает интересные истории, а я внимательно слушаю. Потом играю упражнения, но у меня ничего не получается. Может быть я просто бездарна? Но если я бездарна, каким таким чудом получила музыкальное образование да при том с красным дипломом? Нет, не бездарна, а просто ленива. За всё то время, что я занималась, играть я так и не научилась, зато познакомилась с Андреем, с которым впоследствии и отправилась в Индию. Занятия флейтой дали мне значительно больше, чем я могла себе представить.  Да и клуб «Ист» дал мне значительно больше, чем я могла ожидать.
А «смерть» «Иста»…?хм… она невозможна пока есть все те люди, о которых я написала, пока они есть, есть и «Ист», в каком бы он помещении не находился… Просто так получается, что для меня любое место – это в первую очередь люди… поэтому в вышеизложенном речь и шла о людях…  о людях, без которых для меня невозможно было бы существование «Иста»…

23.07.2007