Калейдоскоп чайных картинок
(воспоминания Олеси Рудницкой о ИСТе 2004 года)

Воспоминания о ИСТе  и том отрезке жизни в голове как лоскутное одеяло: обрывки образов, яркие или же затуманенные картинки, персонажи, и прежде всего калейдоскоп меняющихся атмосфер. Все они пронизаны потоками льющейгося чая, из чайника в чахай, потом тонкими струйками по чашкам. Этот чайное состояние и творило тогда удивительно различные атмосферы и ощущения.

Помню чуть затуманенную зимнюю волшебную атмосферу вечера в "Чайной лодке", наполненного тихой музыкой, неспешными беседами на каждой поляне, легкими шагами заваривающих чай, приглушенным общим светом, огоньками светильников в бумажных абажурах, и лицами различных людей, связанных интересом к культуре китайского чая. Вот здесь пара студентов пьет из гайвани что-то очень простое, наверное точу, а на той полянке, непривычно поджав ноги три дамы сосредоточенно переворачивают парочки и нюхают сладко-цветочный аромат ТГ. Вроде за поворотом в переулке уже огни зимней москвы, сугробы у тротуара и привычная обыденная жизнь, а здесь совсем другой мир и рождается чувство, будто попал в сказку.

Или пронзительная  и чистая атмосфера весеннего утра. Приходишь, переодеваешься, берешь пылесос и летишь по всем пространствам, стирая следы прожитого дня. Подушки засиженные и разбросанные утраиваются в ряд в аллее, новые палочки сянов уже тлеют испуская привычный аромат сандалового дерева, начинает играть музыка.
А потом на сотруднической поляне первый утренний чай. Весенний свежий тонкий и острый в своей насыщенности вкус свежего Би Ло Чуня. Этот вкус неразделимо связан с ощущением московской капели, таким же пронзительным. Тающие сосульки на крыльце Иста, утреннее чаепитие в тихом и еще пустом клубе  и свежий зеленый чай. Так всегда странным казалось, что в Китае уже все  цветет, растет и зеленеет, успели собрать и сделать чай, а у нас лишь тает снег.

В чайный перерыв, чтобы собрать мысли и чувства можно выйти на улицу. Май или июнь или даже август, теплое и яркое заходящее солнце на ступеньках разрушенного крыльца сзади усадьбы. Термос. В гайвани, чтоб переломать засасывающую порой атмосферу клубных пространств и эмоциональную наполненность от лиц, голосов и характеров, пуэр с 4 добавками. Огуречная сладковатая горечь дикорастущего кудина, почти приторная травяная сладость дзяо гу лани, свежесть ароматных цветков вишни и прохлада хризантем, фоном земляная древесная основательность пуэра. Наполнение всех вкусовых рецепторов этими пятью вкусами как пятью чувствами. Вкус чая, гладкость фарфора и шерховатось развалин старинной усадьбы, естественные звуки, прочти тишина, так странная для центра Москвы без постоянного шума потока машин, желтый одуванчик и розовое закатное небо.

И меняются картинки из воспоминаний шестилетней давности как слайды из диафильма о чудесном оставшемся в прошлом месте.

Олеся 15.03.2011